EngРусБел
Выступления судей Конституционного Суда
 

«Правовые позиции Конституционного Суда Республики Беларусь» (выступление судьи Конституционного Суда Чигринова С.П. на международной конференции «Конституционный контроль: современные тенденции развития и совершенствования», посвященной 20-летию Конституционного Суда Республики Беларусь, 27-28 июня 2014 г., г. Минск)

1. В последние десятилетия в правовой доктрине постсоветских государств получила развитие относительно новая юридическая категория «правовая позиция». Толчком к этому послужила деятельность органов конституционного контроля, правовые позиции которых изначально и подверглись научному осмыслению. Сейчас предпринимаются попытки придать термину «правовая позиция» комплексно-правовой статус, разработав общетеоретическую концепцию правовой позиции, которая помимо судебных правовых позиций охватывала бы правовые позиции нормотворческие, доктринальные, правоприменительные .

В современной конституционно-правовой доктрине фактически уже не оспаривается нормативный характер решений органов конституционного контроля. В законодательстве ряда государств, в том числе Республики Беларусь, дан однозначный ответ на вопрос о юридической природе актов Конституционного Суда. В соответствии со статьей 2 Закона «О нормативных правовых актах Республики Беларусь» акты Конституционного Суда, наряду с постановлениями пленумов Верховного Суда и Высшего Хозяйственного Суда, определяются как нормативные правовые акты, принятые в пределах его компетенции по регулированию общественных отношений, установленной Конституцией Республики Беларусь и принятыми в соответствии с ней иными законодательными актами.

Трактовка законодателем правовой природы актов Конституционного Суда актуализирует научный поиск их нормативной составляющей. Логика рассуждений проста: если акт органа конституционного контроля является нормативным, то, следовательно, он по определению содержит нормы права и остается только правильно локализировать данные нормы в структуре решения Конституционного Суда. Следует оговориться, что нормативный характер имеют не все акты Конституционного Суда, а лишь акты, принимаемые Судом в ходе конституционного судопроизводства. В практике конституционного правосудия в Республике Беларусь – это прежде всего заключения, принимаемые Конституционным Судом в порядке последующего конституционного контроля, и решения, принимаемые в порядке обязательного предварительного контроля, а также решения об устранении правовых пробелов, исключении коллизий и правовой неопределенности.

Поиск нормативной составляющей решения Конституционного Суда объективно приводит к анализу важнейшего феномена, выражающего его правовую суть, – правовой позиции Конституционного Суда. Именно правовые позиции и есть та материя, в которой наиболее рельефно проявляется нормативная природа решений Конституционного Суда.

В законодательстве Республики Беларусь определение термина «правовая позиция Конституционного Суда» отсутствует. В связи с этим решение проблемы его содержания напрямую зависит от доктринального понимания данной юридической категории и ее объективации в решениях самого Конституционного Суда.

2. В современной доктрине, на наш взгляд, существуют два основных подхода к определению понятия «правовая позиция» в рамках осуществления конституционного правосудия.

Для первого подхода, который условно можно назвать узким, или логико-юридическим, характерно понимание правовой позиции как системы аргументации, совокупности правовых аргументов, логических посылок и частных выводов, образующих умозаключения, которые являются достаточным логико-правовым обоснованием итогового вывода Конституционного Суда, содержащегося в резолютивной (постановляющей) части решения . При данном подходе за основу берется технико-юридический или процессуальный аспект проблемы, а функция правовой позиции ограничивается обеспечением логической связи, семантической обусловленности структурных элементов решения органа конституционного контроля.

Второй – широкий, или материально-правовой, подход основывается на постулировании общего и обязательного характера правовых позиций; содержательно они рассматриваются в качестве правовых принципов, пригодных для разрешения группы сходных юридических коллизий, нормативно-доктринальных начал решений, нормативно-интерпретационных установлений . В основу этого подхода положен регулятивный аспект, при котором акцент делается на функциях правовой позиции в механизме правового регулирования. В данном случае учитываются качественные характеристики, то есть материальное содержание рассматриваемого нами феномена – правовой позиции.

Ко второму подходу тесно примыкает концепция, согласно которой правовая позиция Конституционного Суда наделяется качествами судебного прецедента. По авторитетному мнению В.И.Зорькина, «создание прецедентных решений в ходе осуществления конституционного судопроизводства – один из основных механизмов правовой модернизации. Именно в рамках такого подхода правовые позиции Конституционного Суда (отражающиеся в его решениях) можно сопоставить с ratio decidendi в английском праве. По своей сути судебные прецеденты в деятельности Конституционного Суда являются необходимым регулятором в условиях, когда проводятся радикальные реформы, а значит, коренным образом меняется законодательство, и в то же время обеспечивают стабильность права» . Ученые-правоведы, осуществляющие исследования на основе методологии правовой системы общего права, отмечают, что ratio decidendi можно определить как норму права, в соответствии с которой дело является обязательным прецедентом . Таким образом, правовая позиция – это правовая норма, выкристаллизованная на основе анализа фактических обстоятельств дела, соответствующих положений Конституции и иных нормативных правовых актов, лежащая в основе итогового вывода конституционного суда. «Прецедентная концепция» определения правовой природы судебных правовых позиций является, на наш взгляд, наиболее последовательной с точки зрения актуализации нормативных качеств последних.

Представляется, что указанные выше подходы необходимо рассматривать не как взаимоисключающие, а как дополняющие друг друга концепции, находящиеся в тесной диалектической связи. Правовая позиция – явление многоаспектное, на разных стадиях и этапах правового регулирования ее роль и функция могут изменяться.

3. В правовой системе Беларуси наиболее важную роль играют такие решения и заключения Конституционного Суда, которые разрешают вопрос конституционности либо неконституционности правовых норм. В связи с этим принципиальное значение имеет содержащееся в резолютивной части решения Конституционного Суда положение о признании рассматриваемого Судом правового акта или его части соответствующей (либо несоответствующей) принципам и нормам Конституции.

В соответствии со статьей 7 Конституции правовые акты или их отдельные положения, признанные в установленном законом порядке противоречащими положениям Конституции, не имеют юридической силы. Известно, что прекратить действие юридической нормы можно только иной нормой, по крайней мере, равной ей по силе. В резолютивной части решения Конституционного Суда содержатся положения, безусловно, имеющие нормативный характер. В связи с этим необходимо подчеркнуть, что в то время как резолютивная часть решения суда общей юрисдикции имеет характер индивидуально-правового предписания, природа резолютивной части решения Конституционного Суда несколько иная. Во-первых, положение о признании правовой нормы несоответствующей Конституции имеет общеобязательный характер, поскольку неконституционные нормы не могут применяться всеми субъектами права. Во-вторых, данное положение имеет «бессрочный» характер действия во времени и не может быть преодолено нормотворческим органом путем последующего принятия аналогичной нормы.

Тем не менее в контексте указанного закономерно возникает вопрос: являются ли положения резолютивной части решения юридически определенными, логически завершенными и семантически достаточными для их реализации? Полагаем, что нет. Без содержательного обоснования, выявления определяющих правовых норм и принципов, исчерпывающей логической аргументации итоговый вывод, содержащийся в резолютивной части решения, иногда невозможно адекватно воспринять и, следовательно, осознанно применить. Таким образом, итоговый вывод и аргументы, содержащиеся в мотивировочной части решения, находятся в неразрывном единстве.

Исходя из указанного, правовую позицию можно рассматривать как единый нормативный комплекс, единство логических элементов, которые содержатся в различных структурных элементах решения Конституционного Суда, или как то, что в общей теории права принято именовать логической нормой. В целях пояснения указанного тезиса проанализируем отдельные положения Заключения Конституционного Суда Республики Беларусь от 12 июня 2014 г. «О соответствии Конституции Республики Беларусь пункта 7 части 1 статьи 29 и пункта 1 части 1 статьи 303 Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь».

Производство по делу было возбуждено по предложению Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь. Поводом для внесения предложения в Конституционный Суд явилось обращение в Палату представителей гражданина, выразившего несогласие с прекращением предварительного расследования по уголовному делу в отношении умершего с констатацией виновности последнего в совершении дорожно-транспортного происшествия, в котором погибли пассажир и он сам, поскольку как самим фактом прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию, так и его возможными юридическими последствиями существенно затронуты честь и доброе имя покойного, а также законные интересы его близких родственников. По мнению гражданина, прекращением уголовного дела по нереабилитирующему основанию без согласия близких родственников умершего нарушены положения статей 26 и 60 Конституции, закрепляющие презумпцию невиновности и право каждого на судебную защиту. Палата представителей посчитала, что сомнения гражданина в конституционности соответствующих положений Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь являются обоснованными, и внесла предложение о даче Конституционным Судом заключения о соответствии норм Уголовно-процессуального кодекса Конституции.

Приведенные фактические обстоятельства, а также правовые нормы, примененные при регулировании возникших социальных связей, явились необходимым условием, позволившим Конституционному Суду осуществить проверку конституционности указанных юридических норм и правоприменительной практики.

В мотивировочной части Заключения на основе анализа положений Конституции, международно-правовых актов, уголовно-процессуального закона Конституционный Суд пришел к выводу о том, что в случае отказа в возбуждении уголовного дела, прекращения предварительного расследования или прекращения производства по уголовному делу судьей при назначении судебного заседания или судом в судебном заседании по причине смерти подозреваемого или обвиняемого для обеспечения реабилитации умершего гражданина с целью защиты конституционных прав личности необходимо получение согласия близких родственников умершего. При отсутствии такого согласия уголовный процесс должен продолжаться на основе состязательности и равенства сторон обвинения и защиты с участием на стороне защиты близких родственников умершего подозреваемого или обвиняемого с принятием в соответствующих случаях судом окончательного решения по уголовному делу.

Приведенная часть решения предусматривает алгоритм поведения соответствующих субъектов права путем установления конкретных прав и обязанностей. Данный вариант должного поведения основывается на нормах Конституции и является предпосылкой определения конституционности положений нормативного правового акта, в том числе с учетом сложившейся правоприменительной практики.

В резолютивной части Заключения Конституционный Суд признал положения пункта 7 части 1 статьи 29, части 1 статьи 250, части 1 статьи 279 и пункта 1 части 1 статьи 303 Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь, определяющие, что уголовное дело в отношении умершего не может быть возбуждено, а по возбужденному делу подлежат прекращению предварительное расследование и производство по уголовному делу при назначении судьей судебного заседания, а также в судебном заседании, кроме случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего, не соответствующими части первой статьи 25, статьям 26, 28 и 60 Конституции Республики Беларусь в той мере, в какой эти положения в системе действующего законодательства позволяют органу, ведущему уголовный процесс, в случае смерти подозреваемого или обвиняемого отказать в возбуждении уголовного дела, а по возбужденному делу прекратить производство без согласия его близких родственников.

Ученые-конституционалисты при исследовании проблематики конституционно-правовой ответственности отмечают, что признание правовых актов не соответствующими Конституции (неконституционными) относится к мерам конституционной ответственности (конституционным санкциям) .

Таким образом, фактологические основания решения – юридические факты и оспариваемые правоположения, изложенные в мотивировочной части, следует рассматривать в качестве казуальной гипотезы правовой нормы. Предложенный Конституционным Судом вариант поведения соответствующих субъектов права путем установления конкретных прав и обязанностей, основанный на логических посылках и аргументах и промежуточных частных выводах, будет являться диспозицией правовой нормы, а итоговый вывод, содержащийся в резолютивной части решения, – ее санкцией. При этом итоговый вывод о конституционности акта можно рассматривать в качестве санкции с положительным содержанием. Таким решением Конституционный Суд санкционирует дальнейшее применение исследованной на предмет конституционности нормы.

Рассматриваемую нормативную конструкцию, представляющую собой комплекс взаимосвязанных правоположений в виде логической нормы, целесообразно, на наш взгляд, именовать генеральной (обобщающей) правовой позицией. В механизме правового регулирования такие позиции выполняют стабилизирующую функцию, поскольку они выводят неконституционные нормы из правовой системы или пролонгируют действие конституционных, тем самым создавая условия для стабильной и единообразной правоприменительной практики.

4. Несколько иной спецификой обладают правовые позиции, содержащиеся в решениях Конституционного Суда, принятых в порядке реализации предварительного конституционного контроля. Указанные решения Конституционный Суд принимает на основании абзаца второго части третьей статьи 22 Кодекса Республики Беларусь о судоустройстве и статусе судей.

Важнейшая черта, характеризующая предварительный конституционный контроль в Республике Беларусь, заключается в том, что последний является обязательным (сплошным): предварительной проверке подвергаются все законы, принятые Парламентом, до их подписания Президентом Республики Беларусь. Если при последующем контроле, осуществляемом на основе инициативных обращений, объект правового анализа четко определен в инициативном обращении, а неконституционность оспариваемой нормы проявляется не только в текстуальном противоречии, но и в деформированной правоприменительной практике, влекущей нарушение прав и свобод личности, то обязательный предварительный контроль предполагает абстрактный правовой анализ текста всего закона. В данном случае Конституционный Суд более свободен в выборе объектов правового анализа, но одновременно более жестко связан презумпцией конституционности правовой нормы.

Из указанного следует, что помимо генеральной правовой позиции в таких решениях могут дополнительно содержаться правовые позиции, которые касаются самостоятельных правовых проблем и только косвенно связаны с генеральной правовой позицией.

Приведем пример. В решении от 24 декабря 2009 г. «О соответствии Конституции Республики Беларусь Закона Республики Беларусь «О правовом положении иностранных граждан и лиц без гражданства в Республике Беларусь» Конституционный Суд, признав данный Закон соответствующим Конституции, сформулировал отдельную правовую позицию, касающуюся уровней правового регулирования статуса иностранцев в Республике Беларусь.

Так, статьей 11 Конституции установлено, что иностранные граждане и лица без гражданства на территории Беларуси пользуются правами и свободами и исполняют обязанности наравне с гражданами Республики Беларусь, если иное не определено Конституцией, законами и международными договорами. Вместе с тем согласно части первой статьи 3 Закона «О правовом положении иностранных граждан и лиц без гражданства в Республике Беларусь» законодательство Республики Беларусь о правовом положении иностранцев в Республике Беларусь основывается на Конституции и состоит из данного Закона и иных актов законодательства, в том числе международных договоров Республики Беларусь. Таким образом, на первый взгляд усматривается формально-юридическое противоречие: Конституция предписывает регулировать правовое положение иностранцев законами, а упомянутый Закон допускает такое регулирование актами законодательства, к которым, помимо законов, относятся и подзаконные нормативные правовые акты.

Выявляя конституционно-правовой смысл нормы, содержащейся в части первой статьи 3 названного Закона, Конституционный Суд исходил из того, что правовой статус иностранца на территории конкретного государства – явление сложное и многоаспектное, объективно порождающее множественность юридических форм, порядка и процедур их реализации. Поэтому во всей полноте, прежде всего с учетом гарантированного обеспечения прав и свобод, статус иностранца может быть урегулирован только актами законодательства различного уровня.

Конституционный Суд отметил, что правовое положение иностранца представляет собой совокупность его прав, свобод, обязанностей, льгот, привилегий, а также форм и порядка их реализации. Регулирование правового положения иностранцев осуществляется актами различного уровня. В Конституции определено, что иностранцы пользуются правами и свободами и исполняют обязанности наравне с гражданами Республики Беларусь. В законах и иных законодательных актах находят дальнейшее развитие права, свободы и обязанности иностранцев, определяются их льготы и привилегии, принципы, формы и методы правового регулирования реализации прав и свобод иностранцев, исполнения ими обязанностей, а также компетенция государственных органов в сфере регулирования правового положения иностранцев. В подзаконных актах могут быть установлены порядок пользования правами, свободами, льготами, привилегиями и исполнения обязанностей иностранцами, а также процедуры реализации государственными органами своей компетенции в сфере регулирования правового положения иностранцев. При этом недопустимо ограничение прав и свобод иностранцев на уровне актов законодательства, имеющих подзаконный характер.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что в решениях, принятых в порядке обязательного предварительного конституционного контроля, отдельные правовые позиции более автономны, часто они лишь опосредованно влияют на итоговый вывод и являются законченными правоположениями, имеющими самостоятельное правовое значение, в том числе вне контекста итогового вывода. Такие правовые позиции целесообразно, на наш взгляд, именовать специальными.

Таким образом, правовая позиция, содержащаяся в решении, принятом в порядке обязательного предварительного конституционного контроля законов, представляет собой результат выявления конституционно-правового смысла нормы права (закона), который может применяться для упреждения коллизий при последующем правоприменении, обеспечения единообразной правоприменительной практики, устранения пробелов в правовом регулировании . По своей сути специальные правовые позиции являются интерпретационными (толковательными) правоположениями и могут содержать развернутые дефиниции правовых категорий и явлений.

С учетом указанного интерпретационные правоположения, содержащиеся в решениях Конституционного Суда, могут иметь двух адресатов: правоприменительный орган и нормотворческий орган.

В случае, если специальная правовая позиция направлена на уяснение конституционно-правового смысла нормы закона и ее должное применение, можно вести речь о превентивной функции соответствующей правовой позиции, которая обеспечивает предупреждение нарушений прав и свобод личности действиями должностных лиц.

Если же в соответствии с правовой позицией констатируется наличие пробела или правовой неопределенности с целью побуждения законодателя к их устранению, необходимо говорить об актуализирующей функции такой позиции. Учитывая принцип разделения властей и суверенитет законодательного органа, в таких решениях Конституционный Суд ограничивается констатацией наличия правового пробела, оставляя выбор способа его устранения за законодательным органом.

5. Вместе с тем в некоторых решениях Конституционный Суд указывает конкретный путь устранения пробела в законодательном регулировании. Практика принятия таких решений основывается на абзаце восьмом части третьей статьи 22 Кодекса о судоустройстве и статусе судей. Данным положением закона предусмотрено право Конституционного Суда принимать решения об устранении в нормативных правовых актах пробелов, исключении коллизий и правовой неопределенности.

Фактологическим основанием указанных решений являются обращения физических и юридических лиц, которые, впрочем, нельзя рассматривать в качестве полноценной индивидуальной конституционной жалобы, поскольку решающим фактором при отборе таких обращений выступает proprio motu – усмотрение Конституционного Суда.

В качестве примера решений подобного рода приведем решение Конституционного Суда от 17 июля 2009 г. «Об обеспечении равных прав граждан в сфере труда», принятое на основании обращения гражданина, в котором сообщалось о фактах включения нанимателями в объявления о свободных рабочих местах (вакансиях) условий относительно возраста работника, которые, по мнению заявителя, имеют дискриминационный характер.

Проанализировав законодательство Республики Беларусь и соответствующие международно-правовые акты, Конституционный Суд установил наличие пробелов в отдельных положениях Трудового кодекса Республики Беларусь, которые выразились в отсутствии в перечне дискриминационных обстоятельств указаний на такие обстоятельства, как возраст и местожительство человека. Конституционный Суд отметил, что наличие данных пробелов значительно ограничивает гарантии реализации конституционного права на труд.

В итоговом выводе Конституционный Суд, в частности, признал необходимым в целях обеспечения гарантий осуществления конституционного права граждан на труд, полноты правового регулирования в сфере трудовых отношений внести дополнения в Трудовой кодекс, включив возраст и место жительства в число дискриминационных обстоятельств, предусмотренных статьей 14 данного Кодекса.

Таким образом, Конституционный Суд признал необходимым внести конкретные дополнения в законодательный акт, которые, как представляется, существенно расширяют содержание правовой нормы и, безусловно, повлекут корректировку правоприменительной практики. Полагаем, что такие решения в определенной мере выполняют нормокорректирующую функцию. При этом следует подчеркнуть, что в правовой позиции Конституционного Суда не формулируется уже готовая к реализации юридическая норма.

В контексте рассматриваемой проблемы правомерно возникает вопрос о соотношении специальных правовых позиций Конституционного Суда, выполняющих нормокорректирующую функцию, с принципом разделения властей и законодательными полномочиями Парламента. Представляется, что антагонистические противоречия в данном случае отсутствуют. Конституционный Суд прибегает к определению конкретных лингвистических конструкций, подлежащих включению в тексты соответствующих законодательных предписаний, только в том случае, если они, во-первых, органично вытекают из текста Конституции, во-вторых, возможен лишь единственный вариант их вербального выражения и, в-третьих, нет альтернативы их воплощения в иных нормативных актах.

6. Изложенный подход направлен на обоснование системно-функциональной концепции правовых позиций Конституционного Суда. Суть данной концепции обобщенно можно выразить следующим образом.

Правовые позиции, содержащиеся в решении Конституционного Суда, находятся в системной связи, обладая при этом различными функциями. Сердцевиной данной системы является генеральная правовая позиция, которая в структурном плане имеет форму логической нормы и объединяет положения вводной, мотивировочной и резолютивной частей решения Конституционного Суда. Генеральная правовая позиция выполняет в правовом регулировании стабилизирующую функцию, поскольку она на конституционном уровне обеспечивает непротиворечивость системы права, а также легитимирует единообразную правоприменительную практику, то есть в широком смысле стабильность правовой системы государства в целом.

Наряду с генеральной правовой позицией в решении Конституционного Суда могут содержаться специальные правовые позиции, опосредованно связанные с генеральной правовой позицией и выполняющие в правовом регулировании особые функции.

 

Версия для печати